МАРК ПЛОТКИН

АДВОКАТ ТРОПИЧЕСКИХ ЛЕСОВ

Эксперт по экосистемам Марк Дж. Плоткин посвятил свою карьеру изучению растений и дикой природы бассейна Амазонки. Он - защитник тропических лесов и президент некоммерческой организации «Команда по сохранению природы Амазонки».

Свою карьеру Марк Плоткин начал с изучения дикой природы Амазонии, а конкретнее: с особенностей применения здешней флоры в народной медицине жителей Южной Америки. Будучи автором множества авторитетных исследовательских трудов, он также известен как соучредитель и президент Amazon Conservation Team – некоммерческой организации, сотрудничающей с местным населением по вопросу сохранения традиционных знаний о тропических лесах.

Марк отчетливо помнит момент, когда осознал, что судьба ученого-авантюриста – его судьба. «Во время первой лекции в Гарварде я увидел картину: три индейца, одетых в травяные юбки, с масками на лицах, - вспоминает он. – Профессор сказал: «Здесь вы видите трех индейцев племени Куна, исполняющих танец кай-йя-рее, чтобы уберечься от темных сил. Тот, что справа, имеет ученую степень Гарварда». Тем, который был справа, оказался он».

Профессор Ричард Эванс Шульц – «отец» современной этноботаники – на тот момент являлся единственным первоклассным специалистом в этой области. В его исследовательскую группу входили также двое легендарных натуралистов: Э.О. Уилсон и Стивен Джей Клауд.

«В 70-ых изучение сравнительной зоологии в Кембридже, - вспоминает Плоткин, - было чем-то сродни жизни во Флоренции в эпоху Возрождения, а этноботаники у Шульца – уроками бокса от Мохаммеда Али. Мог бы я учиться собирать растения и работать с индейцами где-нибудь еще? Да. Научился бы я этому так же хорошо? Вероятно, нет».

Следом Плоткин получил степень магистра в Йельской Школе Лесоводства. Здесь же он нашел себя как исследователя особых природных условий. «Посещай я другую школу лесоводства, я бы научился правильно сажать и валить деревья, чего, на самом деле, я делать никогда не хотел». Плоткин воспользовался преимуществами непредвзятости Школы и принялся за изучение истории Латинской Америки и испанского языка. Фонды Йеля также позволили ему посетить Амазонию, впоследствии на долгое время заменившую ему дом.

Плоткин не остановился на достигнутом, продолжив работу над диссертацией.

И с этого момента его путешествия приносят результаты в виде
нескольких книг и важных исследований на тему уникальных свойств флоры Амазонии. Теперь он, опираясь на свои труды и поддержку Amazon Conservation Team, основанной в 1995 году, борется против непрекращающейся вырубки леса и истребления традиционной культуры Амазонии.

Одной из основных акций Плоткина было и есть снабжение местного населения GPS-технологиями с целью составления карт отдельных местностей и нанесения на них расположения различных ресурсов. Уникальная смесь древней мудрости и современных технологий. В проекте приняли участие более тридцати племен, готовых вести учет и картировать территорию тропического леса площадью в почти 72 миллиона акров. «Вождь племени Явалапити вручил мне лучшую карту из тех, что я когда-либо видел – лучше, чем у правительства, лучше, чем у НАСА, лучше, чем вообще у кого-либо! Я ощутил самое полное чувство удовлетворения. И знаете, почему? Потому что не я сделал эту карту. Ее сделал он».

Плоткин также запустил проект под названием Shaman's Apprentice Program, приуроченный помогать местным знахарям передавать свои знания младшим членам общины. «Сопряжение в процессе сохранения знаний есть обязательное условие. Проект нельзя считать удачным, если другие не могут его повторить, развить и усовершенствовать».

Вспоминая обо всех лишениях, Плоткин, как и всегда, не чувствует себя ущемленным. «В этом вся прелесть этноботаники, - объясняет он. – Ты имеешь дело с полуголыми едва образованными людьми без штанов, и они знают о проблеме больше, чем когда-либо тебе снилось. И это серьезная проверка на вшивость».

В студенческие годы Марк имел ежедневный доступ к кладовой знаний. «Чему меня и научило образование, так это тому, что книги – это только начало. Озираясь по сторонам в йельской библиотеке Стерлинга, волей-неволей задумываешься: сколько же мудрости здесь сосредоточено? А сколько – где-то еще? Для меня знание – сочетание несочетаемого, инь и ян, синтез научного и самобытного». В свои 50 Плоткин понимает, что его миссия даже близко не завершена. «Готов ли я бросить все свои веточки и уйти на пенсию? Конечно же, нет! Я хочу знать больше. Кроме того, именно из-за возможности бродить по джунглям в компании индейцев я и сунулся во все это».

СОДЕРЖАНИЕ НОМЕРА


Made on
Tilda