Натвар Бавсар

ТРЕПЕЩУЩИЕ ЦВЕТОВЫЕ СОЧЕТАНИЯ

Один из выдающихся мировых абстракционистов – Натвар Бавсар (выпускник Пенсильванского Университета) – наиболее известен своими трепещущими цветовыми полотнами. Его работы представлены в 800 мировых коллекциях, включая экспозиции Музея изящных искусств в Бостоне, Метрополитен-музея и Музея Соломона Гуггенхайма. Натвар является обладателем грандов от фондов им. Джона Д. Рокфеллера III и Гуггенхайма. Родом из Индии, Бавсар живет в Нью-Йорке вот уже больше сорока лет.

Натвар Бавсар – одна из ключевых фигур современного абстракционизма. Он изменил восприятие массами как изобразительного искусства, так и художников. На протяжении шести десятилетий родившийся в Индии художник незримо расширял границы холста своими изображениями цветных полей, полностью захватывающих внимание зрителя. В то же время Бавсар бросил вызов самому представлению о национальном самосознании в искусстве. В своем творчестве, безусловно, он опирается на индийские мотивы, но при этом отрицает их как определяющий фактор.

Бавсар родился в 1934 году в маленьком городке в штате Гуджарат. По прошествии немногим более двадцати лет он переезжает в США, где совсем скоро его работы заслужат сравнение с творениями таких гигантов живописи, как Марк Ротко, Барнетт Ньюман и Роберт Мотеруэлл. Первым событием, определившим дальнейший путь Натвара, стало получение гранта на дополнительное образование, предполагавшее проживание и обучение молодых художников на попечительстве уже состоявшихся. Обучение у таких мастеров своего дела, как Луис Кан и Эд Рейнхардт, объясняет Бавсар, навсегда изменили его видение собственных возможностей. «Что это мне дало? Это подняло меня на совершенно иной уровень. Даже не предполагал, что я, неофит, могу творить наравне с великими, состоявшимися художниками».

Эта вера помогла Натвару освободиться от оков традиций и отыскать свой собственный путь. И в Индии, и в США Бавсар учился писать портреты и пейзажи. Но сейчас он все больше и больше тяготеет к свободе абстрактной живописи. Он также признает свою глубокую привязанность к цвету, его бесконечным оттенкам и сочетаниям, а также к его сугубо индивидуальному восприятию. Этот интерес тесно связан с его домом: пестрой Индией и печатным делом семьи его матери. В результате свое детство Натвар провел в окружении ярких цветов. Так он и решил постичь магию цвета. «Я сузил круг поиска, - говорит художник, - но я все равно знал, что нашел свое. И мне бы не хватило и тысячи лет, чтобы полностью его исследовать».

Вскоре пришло и признание. Сразу после выпуска Бавсар заслужил престижный рокфеллеровский грант, а работы, выставлявшиеся в Нью-Йорке и за его пределами, получили высокие оценки у критиков.
С восходом своей звезды Натвар осознал, что борется с регулярными попытками классифицировать его. Бавсар откладывал принятие американского гражданства, опасаясь того, что это может навредить. Он не хотел вешать на себя ярлыки или искать легкий путь к славе. Его нехарактерное, если не сказать опасное для того времени, самоопределение позволило подготовить почву для последующих поколений межнациональных художников, желавших избежать банальных предрассудков. «Я такая же личность, как и прочие художники. Мы принадлежим всему миру», - говорит Бавсар.

Всеприятие также является определяющим параметром его творчества. Торжество цвета и его тщательное изучение просветили каждого – от мировых лидеров до совсем еще детей. И более чем критического анализа, его творения жаждут зрительского участия. «Не только смотреть, но и видеть, а это случается только в момент сопряжения с чем-либо, - объясняет Натвар. – Нужно действительно прочувствовать атмосферу, погрузиться в нее. Я часто сравниваю свои картины с прогулкой по нетронутым человеком местам. Ты сливаешься с ними воедино. Твоя душа неразрывно с ними связана».

Сколь радостным является процесс творчества для Натвара, столь напряженным он порой бывает. «Думаю, трудности закаляют характер, и по прошествии времени тебе уже проще доказать, что твои идеи достойны внимания. Это путешествие. И если ты не воспользуешься возможностью, то идея как таковая может вовсе обойти тебя стороной. Когда я нахожусь в своей мастерской, я нахожусь в совершенно другом мире. Там, где переосмысление старого рождает новое. И ты пытаешься, проваливаешься… Но это дает тебе еще больше рвения. И это рвение рождает идею».

Его университетское образование, добавляет художник, заложило первый слой понимания. «Мы ведь учимся не только для того, чтобы получать степени, верно? Мы развиваемся. Я ярый приверженец индивидуализма. Порой традиции загоняют тебя в рамки. А образование – будь то вуз или детсад – готовит тебя к тому, чтобы выйти за границы».

«Мы нуждаемся в цвете, чтобы определенным образом заполнить наши тела. Думаю, когда-нибудь ученые докажут, что цвет – это тоже пища»


СОДЕРЖАНИЕ НОМЕРА


Made on
Tilda